Difference between revisions of "Бетховен. Симфония №9. Allegro"

From WikiSofia
Jump to: navigation, search
m (обновление данных)
 
Line 1: Line 1:
 
[[Файл:John_Bogomil_piano5.jpg |390px|мини|справа]]
 
[[Файл:John_Bogomil_piano5.jpg |390px|мини|справа]]
 
[[Файл:Beethoven_9_rus1.jpg|390px|мини|справа |<html>
 
[[Файл:Beethoven_9_rus1.jpg|390px|мини|справа |<html>
<iframe style="margin: 10px" align="right" marginwidth="30" hspace="50" width="400" height="220" src="https://www.youtube.com/embed/HV7bgY626rU?start=30" frameborder="1" allow="accelerometer; autoplay; encrypted-media; gyroscope; picture-in-picture" allowfullscreen></iframe></html> Караян и берлинский симфонический оркестр, 1968 г.]]
+
<iframe style="margin: 10px" align="right" marginwidth="30" hspace="50" width="400" height="220" src="https://www.youtube.com/embed/JOaI93Ob2B4?start=30" frameborder="1" allow="accelerometer; autoplay; encrypted-media; gyroscope; picture-in-picture" allowfullscreen></iframe></html> Караян и берлинский симфонический оркестр, 1968 г.]]
 
[[Файл:Beethoven 28.jpg|390px|мини|справа]]
 
[[Файл:Beethoven 28.jpg|390px|мини|справа]]
 
'''IX симфония Богоцивилизации и архетипического братства'''
 
'''IX симфония Богоцивилизации и архетипического братства'''

Latest revision as of 17:54, 10 February 2020

John Bogomil piano5.jpg
Караян и берлинский симфонический оркестр, 1968 г.
Beethoven 28.jpg

IX симфония Богоцивилизации и архетипического братства

В начале Девятой симфонии – предвестие вселенского катаклизма, которое переживает Бетховен.

…Вижу разрушающиеся города, глыбы рухнувших небоскребов, огненный потоп… Всё смешивается, уходит под землю, в огонь… Это одновременно самое утвердительное и самое разрушающее произведение. Оно предполагает крушение старого мира (причем не столько внешнее, сколько внутреннее, духовных устоев прежнего человека) и рождение богочеловечества.

Первые звуки симфонии – мерцающая заря богоцивилизации. В средней части мы сознательно изображали разруху старого мира. Бетховен ставит два-три forte там, где слышит грохот литавр. Было сильное искушение, но я старался не ‘бить’ fortissimo (‘не бей в морду Бетховену’, как говорила моя наставница М.Ю.Дешалыт). Всюду я пытался передать предельное человеческое сострадание и дать понять, что даже разрушение мира – акт бесконечного милосердия. Мы старались играть предельно участливо.

После бедственных, разрушительных аккордов – вдруг миннэ… Бетховен прозревает минническую цивилизацию, невозможную в настоящем миропорядке.

***

Никакого рока. Никакого ‘судьба стучится в дверь’. Никаких fortissimo, tutti… Ничего резкого! Никакого кулака, стучащегося в двери или в голову.

Только свет! Царство превосходящего мира, доброты и любви. Адекватно передать эти вибрации может только музыкант, знакомый с музой Миннэ и музой Боннэ, тот кому через девство открыта превосходящая доброта. ‘О Freude, Tochter aus Elysium!’ Только дети элизиума могут играть Бетховена!

***

Если и есть некая резкость, то как элемент страстно́го: отрицание старого, отрясание праха. То же отрицание будет в финале, когда после первой части Бетховен говорит: ‘Нет, только не эти звуки!’ (‘nicht diese Töne!’ в его авторской ремарке к тексту оды Шиллера) – не эта цивилизация!

Бетховен буквально совершает суд над 84-й. Нет, не эти тона: не православие, не католичество, не иудаизм… – но Tochter aus Elysium, дочь элизиума, небесная радость!

Здесь не личная брань, а отрицание планетарного, межцивилизационного масштаба. Прорыв в нечто большее, в превосходящую степень премудрости-любви.

Бетховен отрекается от ветхого порядка, от Наполеона, от узурпации, от похоти, от мамоны. Он понимает: слух отнимается потому, что нечего слушать (!), и зрение отнимается потому, что нечего видеть (!), и уста отнимаются потому, что нечего сказать (!). Таков человек слепо-глухо-немой – символ современной 84-й

***

Поразительно: диссонантность и парадоксальность растут по мере умножения страстно́го. Бетховен к 50-ти годам (время написания Девятой симфонии) в великом страстно́м – оглохший, как бы вынужденно отошедший от этого мира, катар, чистый, помазанник. Только в великом страстном и переживаются такие стихии мира сего.

***

У Бетховена нет слащавых сентиментальных романсовых мотивов: за столом он и она, сюсюкаются, нежно глядя в глаза друг другу. У него великий размах и антропогамический аспект. Душа объясняется в любви всему человечеству, а не какой-то ресторанной дамочке.

Духовность кризисов

Последний крик. Отчаянный вопль всего человечества. ‘Обломки самовластья’, на которых будут написаны наши имена (Пушкин).

Открытое море, доски с ржавыми гвоздями, и за них цепляются люди. Кого-то волна сбрасывает прямо в пучину… Но опять же – ничего кроме доброты!..

На последней черте открываются 144 замка, 144 лестницы и 144 ступеньки на каждой лестнице. Чтобы взойти на новую ступеньку, должно миновать свой маленький кризис!

Существует утешительная святодуховская пневматология – духовность кризисов. В кризисе особо утешает Божия Матерь: ‘Потерпи, ты взойдешь на более высокую ступень’. Катастрофа, кризис… но минуют они быстро!

Литература


Бетховен. Симфония №9. Часть 1. Иоанн Богомил, Тео Леонов (фортепиано в 4 руки).